Мы все то получаем, то делаем подарки, некоторые любят заранее обговорить, какой подарок они хотят получить, есть люди, которые желают, чтобы их подарок был необыкновенным и потрясал до глубины души.
172
В Багдаде, как, впрочем, и в других местах длительных командировок, очень остро стоит проблема «свежей» и неизбитый картинки, особенно, если почти каждый день перегоняешь материалы и репортажи в Москву (это обычно 15 минут) – всегда есть желание показать такое, чего никто не видел. И мы, по прилёту в Багдад, сразу дали в «Министерство правды» на утверждение список мест, где мы хотели бы поснимать и одним из таких мест был «Птичий рынок» (вот уж точно, что перед войной это не заинтересует ни одну телекомпанию в мире)
Муштак (водитель, я уже упоминал о нём) за минуту довёз нас до министерства (дойти-то было 10 минут!, – люди на Ближнем Востоке быстро становятся ленивыми и неторопливыми, любящими комфорт и покой – иншалла!), где нас обрадовали, сказав, что заявка на съёмку «Птички» одобрена и она состоится сегодня, прямо сейчас. Однако, как выяснилось из разговора, есть некоторые трудности – наш переводчик, Худа, сопровождать нас не может, т.к. это место совсем не подходит для порядочных девушек и сопровождать нас будет некий мужичок (подозреваю, что гэбист), который не знает русского языка, но знает английский (Худа в уголке коротко и горестно покачала головой). И, самое главное, нас предупредили, что ны рынке орудует очень много воров карманников, так что документы и деньги надо прятать как можно дальше и надёжнее. Сразу, почему-то, вспомнился виденный в детстве фильм «Багдадский вор» и возникло невольное сожаление, что у нас нет знаменитых железных «поясов верности» (хотя какой замок и пояс могут уберечь от сказочных «Багдадских воров»? Смешно!). Подготовились. Тронулись, договорившись с Худой, что она подождёт нас в министерстве, для того, чтобы поточнее перевести возможных респондентов.
Рынок напомнил московскую «Птичку» начала 80-х, но по обилию и разнообразию живности, Москва не идёт ни в какое сравнение с Багдадом!, – и попугаи всевозможных видов, размеров и расцветок, какие-то неизвестные заморские птицы, всяческие ползучие и ходячие гады (вплоть до крокодильчиков!), кучи различных обезьянок всевозможных расцветок, какие-то неведомые корма, фрукты и овощи, толпы людей, орущих продавцов и покупателей, беспрерывная толкотня, гвалт, разносчики харчей и напитков, торговцы коврами, украшениями и всяческими поделками, одним словом – немного погрузились в средневековье, погрузились так, что от криков, запахов, бьющих в глаза красок уже через час-полтора разболелась голова и мы двинулись к одному из боковых выходов.
Да! Раз пять или шесть, пока я снимал с плеча, пришлось прерывать съёмку и бить по «шаловливым ручкам» пытающимся залезть в Норманы джинсов, а один даже пытался залезть за пазухе – ловкие и неугомонные ребята, а девушкам здесь действительно не место!
И вдруг, на одном из лотков, среди разных золотых и серебряных побрякушек, мы увидели настоящее сокровище, такое сокровище, что мы выдохнули в один голос и воскликнули : «Твою ж мать!». Купили эту штукенцию не торгуясь, потому, что сразу решили – это будет подарок Худе, подарок, которого она никогда в жизни не видела, да и не имеет ни малейшего понятия о существовании такой замечательной штукенции!
Наверное надо сказать несколько слов о Худе. Она маленькая полная девушка, платье в пол и застёгнуто до воротника, обязательно шарф и хиджаб, такой, чтобы волоска не было видно, тетрадка (с нашими стихами и новыми словами, которые она постоянно учит, когда едет в машине, причём, при этом постоянно шевелит губами, произнося про себя новые русские слова и фразы), причём, передвигаясь, тетрадку крепко прижимает к груди двумя руками (так делают в странах «иншаллы» многие учащиеся девушки). Лет ей под тридцатник, не замужем. Когда мы осторожно спросили, а почему так, то у неё на глазах появились слёзы и она тихо и скорбно рассказала, что когда она ещё была маленькой, то страна воевала с Ираном (1981-1988гг) и их постоянно бомбили, потом их начали бомбить американцы, причём даже после первой войны, американцы раз, два раза в год бомбят их, а дом Худы находится недалеко от аэродрома и поэтому скоро их опять будут бомбить.
Приехав в «Министерство правды», мы в кабинете полном женщин и мужчин (девушке нельзя оставаться наедине с двумя мужчинами, тем более иностранцами!), попросили Худу подойти к столу и крепко закрыть глаза, после чего попросили найти и прижать нашу штуковину к столу. Она сделала это (кругом собрались любопытствующие), после чего мы скомандовали, чтобы она сначала открыла глаза, а потом подняла руку…
![](https://askanswer.ru/wp-content/uploads/2023/07/2023-07-24_13-07-09-1.png)
Крик Худы, руками схватившейся за сердце с круглыми как пуговицы глазами, крик окружающих дамочек, их смятение и ужас… А посередь стола, с характерным стуком – «та-та-та-та-та» прыгала ЛЯГУШКА, обыкновенная металлическая, заводная ЛЯГУШКА! Если кто вомнит, то были в детстве такие, ключиком заводились (насколько я помню, были ещё и цыплята) и где они только не скакали в СССР.
Вот такой подарок, вот такая встреча с СССР в Багдаде накануне войны. Надеюсь, что Худа уцелела и жива, а с ней уцелел и железный лягушонок.