Мой, явно непопулярный, взгляд на Жанну таков:
в 13-ть лет дочка зажиточного фермера в пику родительского выбора пары для замужества решила сыграть безумицу (это не единичный случай, истории "резкой смены пола по молитве у женщин на мужской на кануне свадьбы" встречаются отнюдь не единожды), однако ее "видения", в силу гибкого ума, имели место сбываться в той или иной манере.
в 16-ть лет со своими братьями она обратилась к непосредственному сюзерену (прево городка), но тот отказал в выше стоящей промоции... тогда она (и вот тут явно пробел в истории) в мужской одежде и с 2мя рыцарями и тремя братьями отправилась напрямую к королю:
- хотя она не его прямой вассал, и встреча была явным нарушением феодального закона
- хотя она, как зажиточная крестьянка, ходящая в церковь, не могла не знать наказание за ношение мужской одежды (еще в Англии того же времени были курьезы, когда крестьяне могли читать и даже писать на латыни, но не на английском, разбирались в латинском праве, но написать свое имя на родном языке - не могли - это есть в официальных судебных документах о делах с выбитыми зубами после кабачных драк).
- хотя она знала, что Франции не было как таковой, и язык франкский не был распространен на всей территории королевских владений (только Окситань и Прованс имели свои серьезные диалекты, которые не были понятны в других провинциях)).
Следовательно, королю, видевшему поражения из-за феодальной раздробленности (где каждый хотел отличиться и получить награду за первенство вступления в бой, за первенство взятия баннеров, штандартов и хоругвей противника или самих знатных противников) [...королю] нашептали, как сделать армию единой, где не будет старых феодальных порядков (тем более, что почести одним делают врагами других приближенных...). И тогда-то он принял Жанну...
Она была символом единства нации, символом победы в единстве ради общей цели, и соответственно, когда она стала не нужна (это можно было сделать в любой день и час), ее обвинили в ношении мужской одежды, осудили, приговорили и наказали, возведя ее тем самым в мученицы и заступницы государства. Ее буквально сделали символом, дав вечную жизнь.
Ее трагическая жизнь - это пиар-компания Единой Франции от Короля Франков: Карла из дома Валуа и его советников.